ВОПРОСЫ БИОЭТИКИ В СОЦИАЛЬНЫХ УЧЕНИЯХ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ И РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ
Семенков В. Е.©
Вопросам биоэтики обе Церкви уделяют достаточно много внимания. В Основах социальной концепции Русской Православной Церкви (далее в тексте – «Основы»), принятых в 2000 году, этой теме уделена целая глава (из 16 глав «Основ») объемом 30000 знаков, а в весьма объемном Компендиуме социальной доктрины Римско-Католической Церкви (далее в тексте – «Компендиум») эти вопросы «разбросаны» по всему тексту. Эти тексты принадлежат к разным типам дискурса – способов объяснения. Чтобы определить эти различия рассмотрим, как анализируются некоторые сюжеты в обоих документах.
1. Представления о человеческой жизни. В «Основах» исходная позиция заявлена так: «Церковь исходит из представлений о жизни как бесценном даре Божием, о неотъемлемой свободе и богоподобном достоинстве человеческой личности, призванной … к обожению…» (глава 12, раздел 1). Это – сугубо канонический взгляд на проблему человеческой жизни.
В «Компендиуме» мы читаем этико-социальное толкование человеческой жизни. Цель общества, согласно тексту «Компендиума», – уважение трансцендентного достоинства человеческой личности. Первая обязанность каждого по отношению к другому – и особенно тех же институтов – должна состоять именно в содействии целостному развитию личности. «Все социальные, научные и культурные программы должны быть подчинены сознанию примата каждого человека над обществом» (гл. 132). Показательно, что во фрагментах «Компендиума» относительно жизни человека редко упоминается слово «Бог». В некоторых главах касательно жизни человека это слово отсутствует вовсе. Нечастное использование этого слова в документах католической Церкви по вопросам биоэтики можно объяснить намеренным приматом этической позиции над канонической позицией. В Компендиуме социального учения РКЦ почти нет библейских ссылок, а в «Основах» эти ссылки встречаются постоянно. Язык «Компендиума» – это язык внеконфессионального этического дискурса, и Римско-Католическая Церковь выступает не как конфессиональная корпорация, а как инстанция мирового сообщества. Не случайно точное название работы, содержащей социальную доктрину католиков – «Компендиум социального учения Церкви» без уточнения «Римско-католической». В «Компендиуме» речь идет об ответственности всех религий мира. Это – экуменическая позиция, и поэтому современный Ватикан часто говорит на языке протестанта Канта.
2. Аборт. В «Основах» аборт рассматривается как тяжкий грех, ибо «канонические правила приравнивают аборт к убийству. Православная Церковь ни при каких обстоятельствах не может дать благословение на производство аборта» (12.2). Однако позиция РПЦ не столь категорична, как это может показаться: «Не отвергая женщин, совершивших аборт, Церковь призывает их к покаянию и к преодолению пагубных последствий греха через молитву и несение епитимии с последующим участием в спасительных Таинствах. … В случаях, когда существует прямая угроза жизни матери при продолжении беременности, особенно при наличии у нее других детей, в пастырской практике рекомендуется проявлять снисхождение» (12.2).
В «Компендиуме» по вопросу аборта сказано следующее: «Отнюдь нет права на аборт; скорее, речь идет о печальном феномене, который сильно способствует распространению менталитета, ориентированного против жизни, и представляет собой серьезную угрозу для справедливого и демократичного сосуществования людей в обществе» (гл. 233).
Между РПЦ и РКЦ по вопросу аборта мы видим различие канонического и этического подхода, но это различие не бросается в глаза из-за равно отрицательного отношения к проблеме аборта. В «Основах социальной концепции РПЦ» при разговоре об аборте используется понятие греха, а в документах Ватикана – нет. В «Основах» аборт греховен, т.к. противоречит заповедям и канонам, а в «Компендиуме» аборт аморален, т.к. противоречит более человеческим социальным порядкам.
Показательно, что аргументация против аборта у католиков идет с позиций естественного права: «Первое право … – это право на жизнь, от зачатия до ее естественного завершения. Это право обусловливает осуществление всех других прав и подразумевает, в частности, незаконность любых форм аборта и эвтаназии» (гл. 155). Однако само зачатие ребенка – действие физического порядка, а этические суждения не предполагают зависимости от таких действий. Этика предполагает первичность духовных отношений, ибо взгляд на человека как на личность (что отстаивается в «Компендиуме») предполагает первичность в человеке именно духовного начала. Человек по Духу – личность, а по плоти – индивид. Поэтому нельзя связывать личные отношения с отношениями между телами.
3. Искусственное оплодотворение. В «Основах» по этому вопросу сказано достаточно четко: если суррогатное материнство и все разновидности экстра-корпорального (внетелесного) оплодотворения противоестественно и морально недопустимо, то искусственное оплодотворение половыми клетками мужа относится к допустимым средствам медицинской помощи (12.4).
В «Компендиуме» мы читаем, что методы искусственного осеменения недопустимы, т.к. «ребенок появляется на свет скорее как результат технического акта, чем как естественный плод человеческого действия, в котором супруги целиком и полностью отдают себя друг другу» (гл. 235). Ватикан против искусственного оплодотворения, т.к. это отрицает супружеский акт личной любви. Однако любовь относится к категории «духовные отношения», и требование физического действия как атрибута духовного акта любви – это фетишизм. Вследствие этого авторы нарушают исходно заявленную ими позицию примата этической оценки, ибо, повторяем, этическая оценка не предполагает непременного учета физической зависимости. Акт любви не может быть зависим от физических возможностей. В виду этого позиция РПЦ, заявленная в «Основах», выглядит предпочтительнее.
4. Гомосексуализм. В «Основах социального учения РПЦ» гомосексуализм категорически осуждается, а транссексуализм не одобряется. Позиция РПЦ по этому вопросу ясна своей последовательно выдержанной однозначностью. В документах Ватикана все не так однозначно. В разделе о семье мы читаем: «... несообразно требование придать статус брака союзу между людьми одного пола. Этому противится, прежде всего, объективная невозможность для такого союза стать плодотворным, передавая жизнь, согласно замыслу, вписанному Богом в саму структуру человека. Кроме того, препятствием оказывается отсутствие предпосылок для той межличностной дополняемости, которой Творец пожелал наделить мужчину и женщину, как на физико-биологическом, так и на преимущественно психологическом уровне» (гл. 228). Вроде бы сказано все четко и последовательно, но дальше мы читаем, что «достоинство человека с гомосексуальной ориентацией следует в полной мере уважать; такого человека нужно поощрять следовать замыслу Божию с особым обязательством жить в целомудрии» (гл. 228). РКЦ осуждает практику гомосексуализма, но при этом требует уважения личности гомосексуалиста. Получается, что они признают субстанцию (гомосексуализм), но не ее атрибут (гомосексуальные связи). Это – эссенциализм Аристотеля. Авторы «Компендиума» отрывают сущность от явления, а еще Гегель писал, что этого не следует делать. Позиция, изложенная в «Компендиуме», достаточно казуистическая позиция, потому что нельзя оторвать личность от поступков, которые совершены этой личностью.
Сравнительный анализ двух документов позволяет сказать, что в «Основах» вопросы биоэтики рассматриваются с канонических позиций, а в «Компендиуме» – с этических. Этическая позиция, по логике, предполагает не только надконфессиональную позицию, но и позицию более либеральную, чем канонический взгляд. Однако в данном случае этого не происходит. Позиция Русской Православной Церкви по целому ряду «острых» вопросов биоэтической проблематики выглядит более либеральной и последовательной.
