Лебедева Светлана Соломоновна

доктор педагогических наук, профессор кафедры теории и технологии социальной работы Санкт-Петербургского государственного института психологии и социальной работы, qeen84@rambler.ru

В основе управления социальной жизнью такого региона, как мегаполис Санкт-Петербург лежит не только всесторонний и многомерный учёт всех сфер и направлений современной жизни, но и глубокое знание культурно-исторической специфики этого мегаполиса и его роли в организации социальной жизни населения на протяжении трёх веков. 

Культурно-исторический подход, используемый при изучении опыта организации социальной поддержки слабо защищённых слоёв населения или «недостаточных слоёв» (термин, используемый в литературе XVIII–XIX веков) Санкт-Петербурга, свидетельствует о том, что эту деятельность можно рассмотреть с нескольких позиций:

комплексная социальная деятельность, опирающаяся на духовно-нравственные основы в соответствии с религиозными воззрениями вне зависимости от конфессионального контекста;

учёт основных направлений созидательной деятельности населения, опыта организации торговли и промышленности, охват социальной поддержкой малоимущих слоёв населения, связанных с различными сферами жизни и относящихся к разным ведомствам: «учёные учреждения», учебные заведения, благотворительные, воспитательные заведения, врачебные учреждения и др.;

начиная со второй половины XIX века ведётся постоянный статистический учёт негативных явлений, оформленных как «нравственно-статистические сведения о Санкт-Петербурге» и принятие действенных мер по их снижению и предупреждению;

сбор достаточно полной и постоянно обновляющейся информации о Санкт-Петербурге статистического, историко-культурного, этнографического, экономико-хозяйственного, торгово-промышленного характера, позволяющей формировать представления о занятости населения в разных сферах деятельности, о вовлечении в систему образования, врачебного обслуживания, участии в благотворительных организациях и т.д.

Как известно, Санкт-Петербург был создан как город в результате стремления Петра I занять твёрдые позиции у Балтийского моря, где ещё в XI столетии всё пространство земель, составляющих регион, было принадлежностью Древней Руси. Для начала реформ Петру I нужны были новые, здоровые, сильные молодые люди и сильный молодой город с чётко организованной системой управления им.

В этой системе управления уделялось важное место организации социальной жизни. Разные авторы на протяжении XVIII–XIX веков отмечают, что «нигде в России благотворительность, помимо её обширности, не устроена, так правильно и многосторонне, как в Петербурге, и нигде не имеет она столько органов, рассчитанных на предупреждение всевозможных нужд и лишений» [7] . Отмечалось, что благотворительность была вызвана нищетой и бедностью, что она «вошла в народные привычки, освящена временем и необходимостью и стала одной из наиболее симпатичных добродетелей русского характера»(7). Однако мыслящие авторы признают, что благотворительность безотчётная, неорганизованная весьма нередко вместо пользы приносит вред обществу. Это обстоятельство учитывалось законодателями, начиная с Петра I и его преемников. Издавались указы и при этом прилагались всевозможные меры против «искоренения нищенства и плодящей его неразумной благотворительности». Так, например, в 1730 г. было указание, что с полиции «жестоко взыщется, где будут бродить нищие». 

Правительство понимало, что противодействовать этому негативному явлению могут учреждения правильно организованного общественного призрения. Богадельни времён Анны Иоанновны, «нищепитательные дома, раздача нищим через полицию подаяния от казны» и т.д. выступали как случайные фрагментарные меры и конечно мало способствовали достижению цели и искоренению этого негативного явления.

С 1775 г. ответственность за уничтожение нищенства была возложена на «Приказы общественного призрения», предполагалось создание работных домов в губернских городах, из которых в середине XIX века сохранился «дом призрения трудящихся». Утверждение в Петербурге первого благотворительного общества (16 мая 1816 г.) – «Императорское человеколюбивое общество» - ставило перед собой цель всеми нравственными и физическими способами стараться облегчить судьбу «несчастных» людей. Уже к 1872 г. это общество использовало на дела благотворения до 18 млн. рублей. В последующие годы создаётся «Общество попечения о больных и раненых воинах», «Комитет для разбора и призрения нищих». «Общество для пособия нуждающимся литераторам и учёным» выдавало денежные суммы на удовлетворение следующих потребностей: развитие собственного дела (в основном издательского), получение пенсий, на воспитание детей, лечение, единовременные пособия, ссуды. Назовём некоторых адресатов, получивших помощь:

• вспомоществование недостаточным студентам Санкт-Петербургского университета;
• пособие бывшим воспитанникам Санкт-Петербургского коммерческого училища и их семействам;
• пособие нуждающимся слушателям Технологического института;
• вспоможения ученикам 5-ой Санкт-Петербургской гимназии.

Расширение социальной сферы шло и за счёт организации социальной помощи, которая осуществлялась общинами сестёр милосердия. Среди них была Крестовоздвиженская община, учреждённая Великой княгиней Еленой Павловной во время Крымской войны для попечения о больных и раненых воинах. Во время осады Севастополя из 100 сестёр милосердия – 11 погибли, 4 были контужены осколками бомб. В мирное время община занималась попечением о больных и увеченных.

Свято-Троицкая община, помимо ухода за больными, организовала женскую прогимназию и школу для приходящих девочек. Список таких общин был довольно обширен и сферы их деятельности значительны. В 1836 г. была открыта Чесменская высшая богадельня для офицеров и солдат, пострадавших во время военных действий. 

Система социальной помощи была тесно связана с организацией воспитания и образования, что наиболее ярко видно на примере Императорского Воспитательного дома, созданного при Екатерине II в 1772 г. усилиями и трудом И.Бецкого для «призрения несчастнорождённых и покинутых родителями детей».

На протяжении XVIII–XIX веков социальная поддержка оказывается учёбным заведениям: воспитательному дому, учительской семинарии, женскому училищу нянь, училищу фельдшериц, сельским школам в округах и т.д.

Если при Петре I предпочтение отдавалось селившимся в столице иностранцам, работающим в сферах наиболее актуальных для города: голландцам, англичанам, а затем немцам, итальянцам и французам, то уже к концу XVIII века начинает значительно преобладать русское население. Многие русские семьи роднятся с иностранцами. По переписи 1869 г. из 66 тысяч населения по языку и вероисповеданию православных русских 513609 человек, протестантов среди русских – 4413, католиков – 3181. Большое число протестантов наблюдалось среди немцев – 42324 человек, финнов – 15356 человек, французов – 604 человек, среди католиков преобладали поляки – 9374 и французы – 2428. При этом мусульман насчитывалось 1707 человек.

Учёными отмечается, что в Петербурге не имелось общего созданного историческими бытовыми и племенными особенностями характерного этнографического типа. Следует отметить, что социальная сфера в Санкт-Петербурге была достаточно чётко структурирована. Анализируя Санкт-Петербург как целостную региональную систему, известный учёный В.Михневич выделяет в нём такой аспект, как нравственно-статистический, что вполне оправдано, так как отклонения от «нормальной жизни», по его мнению, имеют серьёзные объяснения и предполагает осуществление предупредительных мер. Рассматривая вопрос, связанный с «заботой о поддержании народной нравственности», В.Михневич указывает, что решение его возложено на полицейскую часть, которая должна противодействовать «разгулу, пьянству, нарушению порядка и благочиния». При этом не только анализируется соответствующая статистика, но и подробно рассматриваются социальные, медицинские, экономические причины явления и возможное их предупреждение.

Анализируя комплексный материал социального развития Санкт-Петербурга как региона в 70-х годах XIX столетия по таким разделам, как: городское население и его текущая жизнь, высший правительственный люд, городское управление, благоустройство и суд, умственная деятельность, благотворительная и врачебная деятельность, промышленность и торговля, можно сделать вывод, что управление городом ставило перед собой следующие задачи:

1. определить приоритетные проблемы людей разных социальных слоёв, вероисповедания, образа жизни и направить основные усилия на вовлечение в созидательный труд в связи с развитием города и страны;
2. способствовать тому, чтобы христианские идеалы распространялись на всё население города, что могло бы гармонизировать интересы общества;
3. предупреждать возможные недовольства низших слоёв, а также такие негативные явления, как пьянство, воровство, бродяжничество и др. силами как государственного, так и общественного характера.

Если ретроспективно оценить нравственно-статистический раздел труда В.Михневича, то в содержании его можно увидеть наличие мер, позволяющих установить диагноз социального состояния региона, основанного на всесторонним систематическом ежегодном изучении ряда параметров, включающих в себя выявление причинно-следственных связей и даже иногда побудительных мотивов поведения отдельных социальных групп и слоёв.

Исходя из содержания социального диагноза, была предусмотрена система мер, которая, безусловно, во многом складывалась стихийно, но охватывала деятельность таких ключевых ведомств, как городское управление, полиция, суд, учебные заведения, благотворительные учреждения, врачебные учреждения, фабрично-заводскую промышленность и т.д.

Тем самым профилактические действия распространялись на достаточно широкий социум, имели нравственно-социальную и педагогическую направленность, были связаны с охраной здоровья людей, предупреждением эпидемий и сезонных заболеваний, укреплением физических  и нравственных сил, профилактикой вредных привычек. Уделялось внимание профилактике самоубийств и таких социальных патологий, как преступность, алкоголизм, проституция.

Социальная адаптация населения как важнейший механизм социализации во многом протекала по-разному для разных групп и слоёв, что обеспечивалось институциализацией, достаточно укрепившейся в Санкт-Петербурге. Приехавшие из провинции лица, ориентированные на деятельность в области духовно-культурной сферы, имели возможность привести смысл своей жизни в соответствии с реальностью, чему способствовало большое число издательств, общественных объединений и др. Большинство из приехавших были разночинцы (всего 17771 человек на 1868 г.), как социально-экономический слой они характеризовались бедностью, неоседлостью и бессемейностью. Однако для тех, кто начинал работать в такой сфере, как работа в журналах, печать и книжное дело, большим подспорьем выступал литературный фонд, оказывающий помощь в случае болезни, нетрудоспособности, необходимости оплаты жилья (Н.С.Лесков).

Для лиц умственного труда открывался путь к самореализации, то есть приведение жизни в соответствии со своим пониманием смысла. Население, представленное крестьянами, приехавшими из разных местностей России, сплачивалось временно и постоянно в отдельные группы по занятиям и промыслам, характерным для данной местности, и при этом долго и упорно сохраняло местные бытовые этнографические особенности. Причём большинство жителей, занятых в торговле и промышленности, не ассимилировалось, свято хранило обычаи и житейский склад «малой родины».

По социальному составу на 1868 г. первое место принадлежало крестьянам – 207707 человек. Они составляли почти третью часть населения города и занимали первое место «по подвижности и бессемейности». Менее 30% крестьян были уроженцами Петербургской губернии. Второе место по численности населения занимало военное сословие («нижние чины») – 132126 чел. При этом в городе проживало 123267 мещан. В многочисленную категорию входили потомственные и личные дворяне – 94584 человек или 14,2% населения. Они составляли служебный, административный и учащийся элемент города. В эту категорию входили воспитанники закрытых учебных заведений – 11 846 человек.

Интеллектуальный потенциал региона был достаточно высок. Из «ученых учреждений» основное место занимала Академия наук с её тремя отделениями: физико-математическим, русского языка и словесности, историко-филологическим. По сведениям 1869 г., действительными членами были 43 человека, почётных – 66 (из них русских – 57, иностранных – 9), членов-корреспондентов 192 (65 русских и 127 иностранных членов).

При Академии работало несколько комиссий и обществ, среди них Русское Археологическое, Филологическое, Географическое, Общество любителей духовного просвещения, Вольное экономическое общество, основанное ещё в1765 г., Педагогическое, Русское техническое и др.

Система образования включала в себя следующие учебные заведения: духовные (духовная академия, семинария, духовные училища), православные, иноверческие (римско-католическая семинария и римско-католическая духовная академия).

Из высших учебных заведений выделялись Санкт-Петербургский университет, Педагогический институт с публичными лекциями для вольнослушателей.

Среди средних общеобразовательных учебных заведений было 8 мужских гимназий; частных классических – 4; Реальных училищ – 2 и 2 евангелических училища на правах гимназии, а также четыре прогимназии.

Уделялось внимание женскому образованию: работало 7 гимназий и одна прогимназия, а также педагогические курсы.

Достаточно высокий уровень духовно-нравственной культуры обеспечивало духовенство, которое составляло лишь 1% населения, при этом белое духовенство 5777 человек, чёрное – 336 человек.

На характер организации жизни города оказывали влияние и гендерные различия. По соотношению мужского и женского населения видно, что на 1000 мужчин приходится 768 женщин. На заключение браков влияли времена года: зимой и осенью заключается 30,9% и 32,2%; весной и летом – 19,8% и 17,1%, что в значительной мере обуславливается наличием постов: Успенского, Рождественского, Великого. Наибольшее количество браков совершается от 21 до 30 лет – 49%; до 20 лет – 28%. В среднем на каждый брак приходилось 3,4 детей, в то время в Берлине 2,9 детей, в Париже – 2,4. В большинстве русских городов отмечается более 4 рождений на каждый брак, так что Санкт-Петербург отставал. Процент незаконных рождений в Петербурге был достаточно высок, на 100 родившихся 25 приходились незаконными. По данным доктора Гюбнера (1870 г.), до 1 года не доживало 48,94% детей, от года до 5 – 17,8%; далее процент смертности снижался и затем повышался: в 55-60 лет – 4,35%, 65-70 лет – 6,82%, 70-80 лет – 13,2%, свыше 80 лет – 25,12% [5].

Однако благодаря социальной направленности региона, деятельности его воспитательных и учебных заведений смертность среди детского населения удавалось снижать, хотя и в небольшом количестве.

Как и в дореволюционной России, в советский период образовательные и воспитательные учреждения характеризовались социальной направленностью, и это в полной мере касалось г. Ленинграда.

За годы советской власти традиционный уклад семьи подвергся коренной трансформации, приведшей к ослаблению внутрисемейных связей и их значительному разрушению в связи с войнами, переселением больших масс людей, масштабным строительством на всей территории государства. В то же время были созданы новые институты социализации: школа, сеть внешкольных учреждений, мощная система образования взрослых, включающая в себя как общее, так и профессиональное образование. Развивалась система специального образования для лиц с ограничениями жизнедеятельности. Совершенствовалась работа в детских домах, росла система непрерывного профессионального образования.

Учитывая, что многотомный статистический труд В.Михневича был издан в 1874 г., мы попытались сопоставить по некоторым параметрам статистические данные через сто лет под углом зрения реализации социальной политики в регионе и организации образовательной деятельности молодого населения города.

Рассмотрим данные на 1974 г. [6]. В этот период в Ленинграде работало 467 восьмилетних и общеобразовательных школ с группами продлённого дня, предоставляющими бесплатное питание. При этом 24 специализированные школы обучали и воспитывали детей с разными ограничениями жизнедеятельности (умственная отсталость, проблемы зрения, слуха, опорно-двигательного аппарата) по специальным программам.

На этот период в городе функционировало 23 школы-интерната, в которых находились дети из неблагополучных семей на полном государственном обеспечении, 108 профессионально-технических училищ, в большинстве своем работающих на базе промышленных предприятий региона, они обеспечивали молодёжь образованием, профессией, бесплатным питанием, форменной одеждой, бесплатным проездом на момент учебы; большинству иногородних или проживающих в области предоставлялось общежитие. Выпускникам в обязательном порядке гарантировалось предоставления рабочего места в соответствии с профессией и профилем конкретного предприятия.

Таким образом, наглядно видно, что социальная политика региона целенаправленно реализовывалась в процессе деятельности ведомств и конкретных предприятий, её структура отвечала потребностям времени, социальному составу населения и ориентировала как на развитие человека, так и региона в целом.

Безусловно, в социальной политике региона имели место свои минусы, к которым можно отнести закрытость некоторых важных статистических данных, умолчание причин многих факторов и явлений, носящих дискриминационный характер, недостаточная связь между ведомостями, доминирование администрирования, методологическая разноголосица при анализе содержания сфер и направлений социальной поддержки и измерения их эффективности.

Обеспечение социальной направленности жизнедеятельности Санкт-Петербургского региона безусловно связано с развитием российского общества, где наряду с положительными чертами отмечалась негативная политическая система на протяжении веков носила авторитарный характер; экономическая система имела черты модели раздаточного типа; в социокультурной системе были заложены корпоративные основы, что в целом снижало потенциал творческого развития как коллективов, так и отдельных их представителей, сковывало свободу в самореализации и самовыражении.

С 1991 г. в соответствии с законодательной базой Российской Федерации была создана система социальных учреждений, которые относятся к ведению Министерства здравоохранения и социального развития РФ и Министерства образования и науки РФ и имеют статус федерального, регионального и муниципального подчинения. К основным видам социальных учреждений на уровне региона относятся: 1) стационарные учреждения социального обслуживания престарелых и инвалидов; 2) нестационарные учреждения социального обслуживания престарелых и нетрудоспособных граждан; 3) территориальные учреждения социального обслуживания семьи и детей (в каждом районе города); 4) Дома ребёнка (для детей, оставшихся без попечения родителей в возрасте 3-4 лет) Министерства здравоохранения и социального развития РФ; 5) детские дома для детей, оставшихся без попечения родителей Министерства образования и науки РФ; 6) школы-интернаты для детей, оставшихся без попечения родителей Министерства образования и науки РФ. В каждом районе Санкт-Петербурга имеются комплексные центры социального обслуживания населения, включающие в себя отделения социально-медицинского обслуживания на дому для граждан пожилого возраста, консультативное отделение, отделение дневного пребывания, отделение срочного социального обслуживания и др. [2].

Активно работают многообразные социальные структуры для лиц, находящихся в трудной жизненной ситуации: безработных, мигрантов, лиц с зависимым поведением и т.д.

Таким образом, можно констатировать, что социальная направленность деятельности региона сконцентрирована в большей мере в соответствующем комитете правительства Санкт-Петербурга, и учёт этой деятельности ведётся достаточно строго. Однако информированность о деятельности других ведомств, предприятий и общественных организацией в контексте общих статистических данных по региону представлена фрагментарно и бессистемно. Тем самым недостаточно формируется целостное представление о социальной сфере региона и её роли в социальном обслуживании граждан.

Закон об основах социального обслуживания населения в РФ (1995) гарантирует систему социальных услуг, к которым относятся социальный патронаж, программы реабилитации для конкретных социальных групп, государственные программы поддержки  определённых категорий граждан и др. Социальные услуги выступают как вид деятельности, способствующий развитию резервных возможностей личности. Социальная сфера, включающая в себя такие компоненты, как наука, культура, здравоохранение, образование, социальная защита населения, спорт, в последние годы получила значительное развитие на региональном уровне. Причём это касалось как отраслей, удовлетворявших социальные и социокультурные потребности (образование, культура, здравоохранение, социальное обеспечение, трудовая занятость и т.д.), так и отраслей, направленных на удовлетворение бытовых потребностей (транспорт, средства коммуникации, жилищно-коммунальное хозяйство, бытовое обслуживание). За последние годы количество социальных услуг по наименованию, широте охвата граждан, по направлениям деятельности, способам удовлетворения потребностей граждан значительно возросло, о чём свидетельствуют государственные службы социального характера, государственные образовательные и медицинские учреждения, органы социальной защиты населения.

Рассмотрим направления, по которым подводятся итоги социального развития районов внутри региона (на примере Курортного района) в соответствии с национальными проектами «Здравоохранение», «Доступное и комфортное жильё», «Образование»: занятость предприятия и учреждения, потребительский рынок, жилищно-коммунальное хозяйство, образование; социальная защита населения, здравоохранение, развитие сферы культуры и др. [2].

Таким образом, мы видим, что развитие социальной сферы идёт по линии углубления учёта направлений, обращенных на удовлетворение потребностей граждан, ориентации на выполнение программ, связанных с социальными проектами и изучение эффективности применяемых социально-экономических мер.

В настоящее время целесообразно, чтобы социальная направленность организации жизнедеятельности региона, продолжая совершенствоваться, отличалась следующими приоритетными чертами:

ориентировалась на человеческую личность, учитывая современные теории модернизации институциональных изменений; творчески относясь к следованию западным образцам;

активнее принимала во внимание традиционный опыт, складывающийся в течении трёх веков развития Санкт-Петербурга как одного из самых передовых регионов России;

подвергала всестороннему анализу регион как системное явление, концентрируя внимание на параметрах: природно-климатических, исторических, инфраструктурных, придавала значение своеобразию социального строительства, расширению сферы социальных услуг, системе управления, совместимости интересов социальных групп общества и профилактике негативных явлений;

строила социальную деятельность на основе институциональной эволюции, то есть более чёткой упорядоченности; иерархиеризации и отбора социальных институтов, которые обеспечивают непрерывное усложнение и повышение ресурсной мощности общества и создают возможности для личностного развития человека.

Литература:

1. Барбаков О.М. Регион как объект управления // Социс. — 2002. — № 7.
2. Итоги социально-экономического развития Курортного района в 2009 году и задачи на 2010 год. — СПб., 2009.
3. Кахаров А.Г. Социология регионов. — М., 1996.
4. Лексин В.Н., Ситников А.И. Экономика – правовое регулирование территориального развития // Региональные проблемы перехода к рынку. Сборник научных трудов. — М., 1991.
5. Михневич В. Петербург весь на ладони. – М.: ЗАО Центрполиграф, 2003.
6. Список абонентов Ленинградской городской телефонной сети. Телефон учреждений, предприятий, организаций. — Л., 1974.
7. Староверов В.И. Социология регионов // Российская социологическая энциклопедия / Под общ. ред. акад. РАН Г.В.Осипова. — М., 1998.

 Скачать сатью в формате .pdf